Пятница, 17 августа, 2018

Добровольческие батальоны на Донбассе: помощники и обуза

Добровольческие батальоны на Донбассе

В условиях гибридной войны на Донбассе задействованы боевые подразделения, которые неофициально помогали и помогают официальным силовикам. Киев открещивается от «ихтамнетов», как и Москва – от своих.

Добровольческие батальоны на Донбассе: слава и бесславие

Украинское добровольческое движение, которое помогло остановить российскую агрессию в разные годы подвергалось критике со стороны официального Киева. Критиковали добровольцев и президент Петр Порошенко, и глава МВД Арсен Аваков, и военный прокурор Анатолий Матиос, хотя и признавали их надобность и взнос в общее дело.

Читайте также
Частные армии в Украине: как появились и как победить

Порошенко, по словам главы Центра исследования политических ценностей Олеся Дония, и вовсе приравнял украинских добровольцев к российским «ихтамнетам».

Доний утверждает, что мирный минский план писался не в Киеве, а в Кремле. «Один из 15 пунктов звучит так: «Вывод российских и украинских наемников». На тот момент термин «украинские наемники» не решались использовать даже Ефремов (лидер Партии регионов) и Симоненко (лидер КПУ). Это был термин, который бытовал исключительно в Кремле, кремлевские политологи его продвигали. Украинских наемников в Украине до мирного плана президента не существовало», – заявил Доний.

Порошенко, который, похоже, не особо вникал поначалу в то, какой огромный вклад внесли неофициальные защитники Украины, потом извинялся за свои «наезды» на них. И даже учредил в Украине День добровольца (празднуется 14 марта).

Аваков же с извинениями не торопился. Он выступал за структуры, так или иначе имеющие отношение к МВД и Нацгвардии («Днепр-1», «Киев», «Азов»), а вот «Правый сектор», к примеру, жестко критиковал. Так, летом 2014 года он обвинил тогдашнего лидера Правого сектора Дмитрия Яроша в гибели 32 участников организации, которые «по тупости его командования беспечно въехали на пост под Донецком и были убиты и взяты в плен». Министр призвал прекратить «строить мифическую легенду на крови и горе».

Украинские «ихтаменты», действительно, воюют с большими потерями. Но и с безумной отвагой. И «не по правилам». За это их люто ненавидит противник, сам использующий тактику.

Во время трагедии под Иловайском в августе 2014 года вместе с подразделениями ВСУ, в «котел» попали батальоны «Донбасс», «Днепр-1», «Свитязь», «Херсон», «Миротворец», «Шахтерск». Многие из них тогда сложили головы. Оккупанты Донбасса особенно жестоко расправлялись с добровольцами – об этом потом рассказывали те, кого удалось вырвать из плена.

По мнению главного военного прокурора Украины Анатолия Матиоса, катастрофа под Иловайском произошла по вине 5-го батальона территориальной обороны «Прикарпатье», который самовольно покинул свои позиции под Амвросиевкой, оголив фланг украинских сил.

Позже добровольцы немало дел натворили «на гражданке», оказавшись причастными к ряду криминальных скандалов.

Но, опять же, не будем забывать, что именно добробаты и поддерживающие их волонтеры стали той костью, которой поперхнулся оккупант, надеясь проглотить куда больший кусок Украины, чем получилось в итоге.

«Добробаты смогли не только задержать расползание сепаратизма, но и выиграли время, позволившее запустить изрядно проржавевшую украинскую военную машину. А когда основной груз войны лег на плечи ВСУ, добровольцы продолжали оказывать армии помощь», – отмечает военный обозреватель, аналитик, журналист Денис Попович.

Добровольческие батальоны на Донбассе: попытка урезонить «вольницу»

Начиная с 2014 года украинская власть предпринимала попытки покончить с вольницей тех, кого официально на Донбассе не было, но кто продолжал наносить урон врагу, а порой – и престижу своей страны. Известно, что неофициальные вооруженные формирования, сражающиеся за Украину, промышляли грабежами, рэкетом и даже кражей людей с последующим требованием выкупа.

Читайте также
Украина хочет вернуть ядерный потенциал: насколько это реально

По словам Поповича, в целом процесс вливания «ихтамнетов» в состав регулярных военных формирований, а также в структуры МВД, оказался успешным.

«Установить полный контроль не удалось разве что над боевым крылом «Правого сектора» – «Добровольческим украинским корпусом». В разное время представители Правого сектора сообщали, что в составе ДУК находятся до 20 батальонов», – отмечает Попович.

В марте 2015 года, согласно заявлениям руководства ДУК, в штабе АТО им выдвинули ультиматум: до 1 апреля покинуть зону антитеррористической операции. Добровольцы отказались, заявив, что «армия не будет воевать с Правым сектором.

В Генштабе начали искать компромисс. В итоге Яроша назначили советником главы Генштаба генерала Виктора Муженко, что позволило решить конфликт. В апреле 2015 года официально сообщалось, что боевые подразделения ДУК Правого сектора отведены с линии фронта в тыл. На самом деле они продолжают воевать до сих пор. И не только они.

На передовой после того, как неофициальные вооруженные структуры отвели, воюют белорусские и грузинские «ихтамнеты», подразделения УНА-УНСО, ДУК, а также добровольческое соединение, сформированное Ярошем после его ухода из Правого сектора – Украинская добровольческая армия (УДА).

В условиях гибридной войны их называют «Третьей силой», которая наносит удары по врагу тогда, когда официальные подразделения делать этого не могут, согласно минским соглашениям.

К примеру, за полкилометра от линии разграничения в прифронтовой Авдеевке несут службу бойцы спецподразделения «Санта» (относятся к Правому сектору), названного так по позывному своего командира. Сам «Санта» рассказывает, что они воюют в районе Авдеевки почти три года и участвовали во всех «горячих событиях».

Добровольческие батальоны на Донбассе: новый конфликт

В июле вспыхнул новый конфликт между «ихтамнетами» и «регулярными». Спровоцировало его заявление командующего операцией Объединенных сил Сергея Наева.

«Что касается людей, которые раньше ездили для выполнения непонятных заданий в зону боевых действий, которые не имеют законного права иметь оружие. Теперь люди, которые не входят в состав ни одной силовой структуры, официально, согласно нормам закона, лишены права находиться в зоне боевых действий», – заявил Наев. При этом он отказался конкретизировать, добровольцев каких формирований он имел в виду. Впрочем, «ихтамнеты» отозвались сами.

Читайте также
«Украинская армия» Путина: как президент РФ продолжает наступление на Украину

«Наев называет добровольцев, в течение 4 лет выполняющих сложные задачи бок о бок с военнослужащими ВСУ, «непонятными лицами с незаконной оружием». А значит, фактически открыто называет воинов-добровольцев бандитами, невзирая на то, сколько удачных операций против врага было выполнено за эти годы, и какой вклад был сделан ими в борьбе. Добровольцы руководствуются законом Украины об их праве с оружием в руках защищать свою территорию. Очевидно руководителям государства не нравится существование структуры, не подчиняющейся их командам, а противодействующей врагу по зову здравого смысла», – отмечается в заявлении «Правого сектора».

«Стоит отметить, что выполняют добровольцы задачи пятый год подряд, и многие из них уже имеют право иметь оружие. Но об этом генералу, очевидно не известно. Так же, как неизвестно, сколько раз наши боевые батальоны проходили все процедуры и требования для поступления и в СБУ и в ВСУ, – пишет представительница Правого сектора Катя Стрела. – Почему же вы не говорите об этом? Так же, как неизвестно сколько раз добровольцы стали двигателем в успешных «непонятных задачах» по возвращению в состав Украины оккупированных районов Донбасса. Осознаёт ли генерал Наев, что именно он и такие же как он заставили невоенных людей становиться на защиту Украины от оккупанта? Понимает ли он, что пока становился генералом, ребята отвоевывали пядь за пядью, погибали, калечились, но вставали и воевали дальше… Без званий, без погон, без признания. Шли, идут и будут воевать».

Известный волонтер, журналист, редактор Цензор.НЕТ Юрий Бутусов считает заявление Наева прискорбным.

«Вижу, что нынешнее руководство Украины по-прежнему не понимает значение добровольческого движения, – отмечает Бутусов. – Что такое сегодня добровольческие отряды на фронте? Это около десятка боевых групп, это пару сотен бойцов на фронте. Это очень немного по числу – но это неоценимо много по качеству для армии, которая не может восполнить некомплект даже массовым прикомандировыванием тыловиков».

Бутусов цитирует боевого командира 24-й механизированной бригады Валерия Гудзя: «Командир штурмовой роты добровольческого корпуса «Правый сектор» Дима Коцюбайло. Ему всего 21 год, но это один из лучших бойцов, которых я видел на этой войне. Какой у него дух. Настоящий воин! Как-то беседуем с Да Винчи. Я умничаю: так и так, чтобы понимать, как управлять ПТУРом, нужно сделать как минимум десять пусков. А мне этот паренек спокойно, без пафоса, говорит: «Правильно вы все говорите, только я в боевых условиях сделал уже триста пусков». Разговорившись, мы выяснили, что знаем друг друга с 14-го года. Я присматриваюсь к добровольческим подразделениям. У них огромная организованность и дисциплина. Поэтому они и воюют хорошо. Многому у них нужно учиться. А сейчас я в восторге от добровольцев. Санта и его подразделение – идеальная работа на фронте. Ставлю своим его в пример».

По словам Бутусова, добровольцы (они же «ихтамнеты») – мотивированные, профессиональные бойцы, хорошо знающие район боевых действий. Они действуют, как правило, в районах, где ведутся контактные бои, где близкие дистанции до противника, усиливают пехоту.

Читайте также
Итоги июня в зоне ООС: обстрелов стало меньше, а подконтрольных территорий – больше

«Исчезнут ли добровольцы с фронта? Нет. И не могут исчезнуть, потому что слишком бедна армия мотивированными опытными пехотинцами, слишком велик фронт, слишком большой некомплект, и для рискованных задач добровольцы очень важны. Потому что в армии правят совковые порядки, – подчеркивает Бутусов. – Просто комбриги просят теперь добровольцев спарывать свои шевроны, ходить на фронте без опознавательных знаков. Они будут еще больше прятаться, им будет еще трудней воевать».

По словам журналиста, давно нужно было придумать способы узаконить добровольцев. К примеру, оформить как воинскую часть с особым статусом; как подразделение территориальной обороны Донецкой области. Вместо того, чтобы подавлять и скрывать, наоборот, опереться на добровольцев, гордиться их службой, помогать.

«Но пока вместо развития добровольческого движения, вместо поддержки людей, которые сражаются из благородных патриотических соображений на свой страх и риск, у которых дисциплина и подготовка выше, чем в большинстве воинских частей в Украине, продолжается глупейшая политика замалчивания и принижения значения добровольческого движения», – резюмирует Бутусов.

Добровольческие батальоны на Донбассе: так ли неправ Наев

После критики, которая обрушилась на Наева, пресс-центр штаба Объединенных сил подчеркнул, что Объдененные  дорожат мнением украинского народа, гражданского общества.

«Объединенные силы подчеркивают, что уважают, ценят вклад каждого добровольца, волонтера, простого гражданина Украины, который с началом российской агрессии вместе с Вооруженными Силами Украины противостоят врага и получают единую на всех победу», – отмечается в заявлении.

При этом подчеркивается, что с введением Закона Украины «О реинтеграции Донбасса» начато проведение операции Объединенных сил. Эти самые силы действуют исключительно в рамках законов Украины и приглашают добровольцев к прохождению военной службы в составе подразделений Сил специальных операций, военной разведки, других видов и родов войск Вооруженных Сил Украины, а также в подразделения других составляющих сектора безопасности и обороны.

По данным ОС на 11 июля 2018 года, в воинских частях из состава Объединенных сил проходили службу 33 человека, которые в прошлом были членами Правого сектора, УДА и других добровольческих формирований.

Также пресс-центр опубликовал обращение того самого комбрига 24-й ОМБ, на которого ссылался Бутусов. Валерий Гудзь пригласил добровольцев на службу в свое подразделение.

«Знаю от генерала лично о его уважительном отношении к добровольцам, – защищает Гудзь Наева. – Точно такое же и мое отношение. Но есть закон, регламентирующий новую операцию Объединенных сил – и генерал Наев, и я должны действовать согласно закону».

Политолог Дмитрий Корнейчук, который является сторонником теории «Большой сделки», якобы заключенной между РФ и США в рамках раздела сфер влияния на мировой арене, также напомнил о деоккупационном законе.

Читайте также
Запасы вооружений в Украине: страна теряет позиции в рейтинге мировых торговцев оружием

«Добровольцы «Правого сектора» жалуются, что их хотят убрать с фронта. И за этим стоит глава ООС Наев. Собственно, когда осенью 2017 года принимали закон об оккупированных территориях (и прикрывали им продление на год закона об особом статусе Донбасса), я сразу сказал: главная суть ООС – убрать с фронта добровольцев, чтобы Порошенко мог отвести войска и запустить миротворцев ООН. И всё это делалось в рамках «Большой сделки», поэтому против закона, формально противоречащего Минским соглашениям, не выступала Москва».

Интересно, что поддержал позицию Наева волонтер Роман Доник, который с 2014 года помогает украинским воинам.

«За 4 года слышал столько истерик и гневных заявлений о том, что добровольцам не дают воевать, что уже и счет им потерял, – отмечает Доник. – Почему-то у нас патриоты не изменения законодательства требуют от своих избранников в ВР, а чтобы все на статью себе наговорили. Чтобы Наев сказал, что разрешает воевать парамилитарным формированиям или еще лучше, чтобы Муженко это сказал. А то, что это статья уголовного кодекса, никого не интересует?»

Доник подчеркивает, что по закону каждый патрон и каждый выстрел для СПГ – это статья и реальный срок для представителя ВСУ, передавшего боеприпасы добровольцам.

«Нет для Матиоса, для Луценко и для судей понятия «доброволец», «патриот» или «правосек». Есть только законы, согласно которым человек или служит в силовых структурах или не служит, – поясняет волонтер. – И если завтра сменится Порошенко или Муженко, и придет кто-то не такой «злочинный» и «не дающий воевать», то вспомнят всё. До последнего цинка и до последней мины посчитают. И каждого спросят – кто и на основании какого нормативного документа передал гражданским людям боеприпасы».

По словам Доника, если бы официальные военные хотели, то «ихтамнетов» убрали бы с передовой в течение недели. «Приказ довели бы под роспись каждому офицеру до уровня взвода – и всё. А потом два-три свидетеля, готовых дать показания в том, что приказ получен и не выполнен, и даже делать ничего не надо, просто Матиосу передать».

Волонтер подчеркивает, что военная прокуратура с удовольствием взялась бы за разоблачение парамилитарного формирования на линии фронта. Особенно перед выборами.

«Так что не надо слишком много на себя брать и скатываться до умышленного обострения ситуации между добровольцами и руководством ВСУ. Потому что каждый делает то, что может. И так, как может, – призывает Доник. – Я каждый раз после громких заявлений о злодейском руководстве ВСУ, не дающем воевать, напрягаюсь. Потому что каждый раз опасаюсь, что надоест им играться с криминалом и тогда они просто сделают всё по закону».

Поделиться в соц сетях
Оставить комментарий

Выбор редакции

Большой аптечный передел: что будет с аптеками в Украине

После трёхлетнего моратория на проверку деятельности аптек, правительство решило всерьёз заняться...

8/8/2018

Работающие пенсионеры могут остаться без пенсий: что пообещал Андрей Рева

Министр социальной политики Андрей Рева сообщил, что в перспективе работающим украинским пенсионе...

6/8/2018

Задержка пенсий или инфляция: что значит дефицит госбюджета для украинцев

От доходов государства, аккумулируемых в государственном бюджете, зависит жизнь многих украинцев,...

3/8/2018

Вырубка леса в Украине: идет битва между президентом и нардепами

К многочисленным конфликтам между главой государства и парламентариями летом 2018 года недавно до...

27/7/2018