Понедельник, 23 апреля, 2018
КУРС НБУ
USD
26.12
EUR
31.97
RUB
0.422

Переселенцы: как исправить ошибки власти

Калинин

О проблемах внутренне перемещенных лиц (ВПЛ), их причинах и способах разрешения рассказал руководитель Всеукраинской ассоциации переселенцев (ВАП) Руслан Калинин. Он покинул оккупированный Донецк в 2014 году, поэтому знает о проблемах переселенцев не понаслышке.

— Официально в Украине зарегистрировано чуть менее 1,5 млн переселенцев. Сколько их на самом деле?

— Постоянно проживает в Украине не более 1 млн переселенцев. Я часто бываю на подконтрольной части Донецкой области, где зарегистрирована треть всех переселенцев, и Луганской области, где их около 300 тыс. Общаюсь и с ВПЛ, и с работниками управлений соцзащиты. На основании полученных данных могу с уверенностью сказать, что реально на подконтрольной части Донбасса проживает 25-30% от числа зарегистрированных переселенцев. Связано это с тем, что люди оформили пенсии, справки ВПЛ, а потом вернулись на неподконтрольные территории. Ведь проще приезжать за пенсиями в города, расположенные в одной области, хоть и разделенной сейчас условной линией разграничения. Соответственно, чем дальше от зоны конфликта, тем больше совпадает количество зарегистрированных ВПЛ и реально проживающих.

Читайте также
«Переселенческий фронт»: победы и поражения

— Сколько человек покинули Донбасс из-за конфликта?

— Никаких официальных данных нет, а если и есть, то, как и в случае со статистикой по ВПЛ в Украине – они далеки от реальности. Гипотетически можем говорить о двух миллионах человек, которых война выгнала из их домов. Основная масса людей выехала на подконтрольные территории Украины. На втором месте – Россия. Кроме того, переселенцы отправлялись в Беларусь, в Польшу. Правда, большая миграция украинцев в Польшу связана не только с конфликтом на Донбассе – украинцы массово едут туда в поисках работы.

— ВАП начала действовать осенью 2016 года. Какие основные проекты удалось воплотить за это время?

— Чрезвычайно важным является диалог с властью: проведение форумов и панельных дискуссий с чиновниками и депутатами, чтобы они могли услышать о том, что происходит на самом деле на «переселенческом фронте» и что нужно предпринять для решения проблем.

Мы сконцентрировали и своё внимание, и внимание представителей власти на основных проблемах переселенцев: работа и жильё. ВАП подписала меморандум с Госслужбой занятости. Провели ярмарки вакансий в Днепре, Харькове, Броварах, Краматорске.

Также мы проводим семинары, на которых учим привлекать грантовые средства на создание и расширение бизнеса, на его продвижение в соцсетях. ВПЛ-предприниматели переехали с оккупированной территории и продолжают развивать производство. Некоторые переселенцы открывают бизнес с нуля, создают рабочие места и зачастую берут на работу таких же внутренне перемещенных лиц. В конце прошлого года мы организовали визит в Варшаву, где 9 переселенцев-предпринимателей могли представить свои товары на польских рынках, обменяться контактами.

Недавно мы решили объединить ВПЛ-предпринимателей в своеобразный бизнес-альянс. Во время первой встречи разработали стратегию: выход на рынки, тренинги, поддержка друг друга. Вступить в альянс могут не только уже состоявшиеся бизнесмены, но и те, кто только планирует открыть свое дело.

Также большой проблемой для переселенцев является жилищный вопрос. К сожалению, за 4 года государство практически ничего не сделало в этом направлении. Даже запущенный в конце 2017 года проект «Доступное жилье», который предусматривает оплату половины стоимости квартиры либо предоставление ипотеки под 7% годовых, охватывает лишь малую часть нуждающихся.

— А что не так с «Доступным жильем»? Что нужно сделать, чтобы решить жилищные проблемы переселенцев?

— Начнем того, что она «не заточена» исключительно под переселенцев. В ней могут участвовать не только ВПЛ, но и воины АТО, их семьи, молодожены.

Кроме того, программа катастрофически недофинансирована. В прошлом году, когда на нее выделили 30 млн грн., ей смогли воспользоваться всего 89 семей. На 2018 год в бюджет заложили уже 100 млн грн., но это поможет лишь 300-350 семьям, большинство из которых не являются переселенцами.

Читайте также
Битва за газ и за Донбасс: итоги встречи Порошенко и Меркель

После консультаций с нардепами и членами правительства, мы предложили дофинансировать программу с помощью соответствующих изменений в госбюджет. Речь идет о дополнительных 900 млн грн. на покупку жилья по принципу «50 на 50» и о более 800 млн грн. – на ипотеку под 7%. Рассмотрение изменений в госбюджет-2018 намечено на июнь. Но этот проект, даже если нам удастся выбить дофинансирование, не решает жилищных проблем переселенцев нужными темпами.

Многие упрекают Запад в том, что тот не оказывает помощь в решении этого вопроса. Но тут, скорее вопросы, к Украине. Недавно я встретился с представителями немецкого банка KFW, который ранее неоднократно заявлял, что готов финансировать жилищные проекты для ВПЛ. Речь, в частности, о 25 млн евро безвозмездной помощи.

Выяснилось, имеется ряд проблем, которые не позволяют крупным донорам финансировать жилищные проекты в Украине. Одна из них – несовершенство украинского законодательства. Чтобы получить первый транш на аренду квартир с правом выкупа либо ипотеку под кредитную ставку, значительно ниже нынешней в Украине, нужно подписать соответствующий договор между украинским и германским правительствами, получить поддержку в ВР, пройти 4 министерства. А чтобы получить финподдержку на ипотеку, процедуры согласования могут занять около 6 лет. Дело в том, что у нас в жилищном кодексе нет такой категории как ВПЛ. Нужно или менять кодекс, или внести эту категорию.

Кроме того, нам важно показать зарубежным инвесторам хотя бы один успешный «пилотный проект». Пока тут нечем похвалиться. О тотальной коррупции в Украине знают все. Достаточно вспомнить «успешный проект» в Славянске, когда ЕС выделил серьезную сумму на реконструкцию двух общежитий для переселенцев. Прошло три года, а общежития, в которых предполагалось 180 квартир, так и не были реконструированы. В итоге средства на их реконструкцию начали требовать назад. Такие провалы, безусловно, негативно влияют на имидж Украины и не способствуют притоку инвестиций на помощь ВПЛ.

— Какой, по вашему мнению, процент разворовывание международной и государственной помощи для переселенцев? Как это остановить?

— Точные цифры не назовет никто. Но зная аппетиты наших чиновников можно с уверенностью сказать, что речь идет о колоссальных суммах. При подборе подрядчика действует принцип не сделать лучше, а получить больший «откат». Проводят фейковые конкурсы, обходят антикоррупционные препоны, которые пытается ставить система «Прозорро».

Беда еще и в том, что деньги, выделенные на ВПЛ, зачастую используются неэффективно, вкладываются в ненужные проекты. И это тоже способ воровства.

Читайте также
Украина понесла огромные потери из-за блокады Донбасса

С недавних пор на сайте Министерства по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц (МинВОТ) можно отследить информацию, куда тратятся деньги. И вопросы есть ко многим программам.

Еще в феврале ВАП направила запрос в Минэкономразвития с просьбой указать объемы всех средств, которые выделялись государством и международными донорами на проекты ВПЛ, а также – какие именно проекты финансировались, кто был исполнителем. Ответа пока нет.

Общаясь с международными донорами и посольствами часто слышу, что они финансируют много проектов для переселенцев….

Posted by Ruslan Kalinin on 2018 m. vasario 14 d.

Неоднократно поступала информация, что местные власти за средства, направленные на решение проблем ВПЛ, пытаются ремонтировать школы, тротуары. Расходуются средства, на которые вполне можно было купить 5-10 семьям по небольшой квартире.

Остановить фактический дерибан переселенческих средств можно жестким контролем, а также приобщением самих ВПЛ к тому, куда стоит вкладывать деньги. Такой контроль могла бы обеспечить единая база международной и государственной помощи внутренне перемещенным лицам. Переселенцы должны получить возможность голосовать за то, что им более нужно: квартиры или семинары для пенсионеров. Тогда будет конкуренция между проектами, а не между желанием разворовать.

— Как вы считаете, какие ошибки допустили власти в отношении к ВПЛ? Как их исправить?

— На государственном уровне давно нужно было принять единую стратегию и концепцию по решению проблем ВПЛ. Принятая в конце 2017 года МинВОТ, далека от совершенства. В ней около 17 пунктов по решению проблем с образованием, и всего 3 пункта по решению архиважного жилищного вопроса.

Конфликт в Украине не уникальный. С такими же проблемами сталкивались другие государства, включая Грузию, которая также пострадала от российской агрессии. Вот только та же грузинская власть решала проблему переселенцев в разы эффективнее нашей. В 2009 году в Грузии была принята госстратегия в решении проблем переселенцев. Жилищную концепцию совместно разработали представители профильных министерств, общественники, доноры. Результат налицо – сейчас из 275 тыс ВПЛ в Грузии половина обеспечена жильем.

Читайте также
Балканский Донбасс: как Россия дестабилизирует Боснию и Герцеговину

Спустя год после начала конфликта нужно было запустить электронную базу ВПЛ. Она появилась в Украине лишь в прошлом году, в тестовом режиме, но нуждается в корректировке. В той же Грузии такая база содержит максимальную информацию о переселенце, о составе его семьи, получаемой помощи и т.д. Введена балловая система, которая показывает «коэффициент уязвимости семьи». Имея такую систему, мы бы знали и точное количество переселенцев, и тех из них, кто особенно нуждается в помощи. Кроме того, могли бы отслеживать миграцию, поездки на неподконтрольную территорию и т.д. На прошлой неделе я встречался с представителями Минсоцполитики, показал им такую базу, разработанную на основе грузинского опыта. В ближайшее время создадим рабочую группу, в том числе с привлечением грузинских экспертов. Хоть, подчеркну, это нужно было делать в первый же год конфликта.

Угнетает переселенцев и монополия одного банка – государственного «Ощадбанка». Сразу после решения отдавать всех ВПЛ «Ощаду», возникли огромные трудности: не хватало отделений, банкоматов, были очень большие очереди. В последнее время всё это как-то утряслось, но сколько переселенцев потеряли жизнь и здоровье, давясь у касс «Ощадбанка», даже подумать страшно. Люди должны сами выбирать, где жить, учиться, лечиться и в каком банке хранить или получать деньги.

Еще одно доказательство несерьезного отношения власти к переселенцам – лишение ВПЛ права голоса на местных выборах (городских и поселковых голов, местных депутатов), а также на выборах кандидатов-мажоритарщиков в парламент.

Под красивые слова об интеграции и единении, переселенцы частично остались за боротом избирательного процесса. Несмотря на критику власти, в том числе со стороны Запада, подвижек в решении этой проблемы пока нет.

Проверки переселенцев тоже можно было сделать не столь утомительными и для самих ВПЛ, и для представителей соцслужб. К этому пришли, но далеко не сразу.

Еще стоило бы отказаться от бумажной справки переселенцев и перейти на пластиковую карту ВПЛ. В Грузии процедура выдачи такой карты занимает 3 минуты. У нас похожая карта действует для воинов АТО. Можно перенять хороший опыт и для переселенцев, сделав такую карту еще и социальной. Введение такой карты станет, по сути, новым подсчетом ВПЛ, что поможет более точно заполнить электронный реестр переселенцев, который, надеюсь, у нас всё же появится – в усовершенствованном виде.

— Изменились ли как-то проблемы переселенцев за четыре года?

— Некоторые проблемы ВПЛ изменились, другие трансформировались. Есть и те, что остаются всё так же актуальными.

В 2014 году Украина столкнулась с агрессией, нужно было оперативно реагировать на создавшуюся ситуацию. Около 1,7 миллиона переселенцев тогда стали настоящим вызовом, справиться с которым помогли спецвыплаты, активное волонтерское движение, помощь неравнодушных граждан.

Читайте также
Право голоса у переселенцев отобрала власть

Многим тогда крайне важна была психологическая помощь. Сейчас этот аспект не столь актуален. Как и юридическая помощь, очень востребованная в первые годы появления в Украине ВПЛ.

Сейчас все желающие вернулись в ОРДЛО, некоторые еще колеблются. При этом, по данным национальной системы мониторинга, в конце 2017 года более 50% ВПЛ не собирались возвращаться. А Международная организация миграции и вовсе сообщает, что 65% украинских переселенцев считают себя интегрированными в местные общины. За полгода цифра выросла на 6%. Главными условиями успешной интеграции называют жилье, постоянный доход и занятость.

В 2014 году ставка делалась на временное жильё. Люди надеялись на быстрое разрешение конфликта. Брали отпуск, селились у друзей и родственников. Но когда поняли, что конфликт затяжной, начали искать съемное жилье. Спустя 4 года ВПЛ платят ежемесячно большие суммы. Они хотят иметь пусть маленький, но свой угол. Продать квартиру на оккупированной территории сложно и невыгодно (цена упала почти в 3 раза), взять кредит почти нереально. Так что проблема жилья и напрямую связанная с ней проблема работы остаются.

Поделиться в соц сетях
Оставить комментарий

Выбор редакции

Без талонов и медкарт: какие нововведения ждут украинцев на приеме у врача

13 марта вступил в силу приказ Министерства здравоохранения Украины №157, подписанный 26.01.2018....

19/3/2018

Вылов рыбы в Украине: отрасль медленно исчезает

Объем ловли водных биоресурсов украинскими рыбаками с 1989 года сократился в 11 раз: с 1,1 млн то...

6/3/2018

Футбольные фанаты и политика: точки соприкосновения

Фанаты киевского «Динамо» ездили в Афины на недавний матч Лиги Европы с местным клубом АЕК и оказ...

6/3/2018

Кого обманывает Кабмин: минимальная зарплата в Украине выросла вместе с задолженностью по ее выплате

Второй год в Украине происходит заметный рост минимальной заработной платы на законодательном уро...

27/2/2018